[Черный маг]

Дмитрий Владимирович приехал в глухую деревеньку и постучал в калитку старому деду-колдуну. Тот открыл дверь, и Дмитрий Владимирович изложил свою просьбу. Старик недобро улыбнулся и сказал ему:

- Через калитку вход, да приготовь на откуп деньжат побольше, шоколад и водку. Хозяину погоста целую дай сотку, Хозяюшке – платочек, даст она наводку. К могилке той указанной одноимянной иди дорожкой мирно, слушай мертвецов. Чтобы покойнички не стали вдруг упрямы, разрежь немного палец, дай им кровь. На склепе разложи свои подарки, смиренно помощи проси. Запомни, что желать ты должен жарко, чтоб недруг твой закончил дни свои. Ты фотокарточку его в землицу не спеша зарой, могильная земля притянет на покой. И три свечи чернее ночи ты зажги. А опосля ты трижды прокляни кого ты ненавидишь всей душой, и через месяц ждет его покой. Иди с погоста быстро, не смотри назад, не говори ни слова или сгинешь в ад. На перекрестке мелочь кинь и тихо прошепчи аминь.

Дмитрий Владимирович так и сделал, но только через месяц неожиданно он умер сам. А старый колдун радостно улыбался. Просто не понравился ему Дмитрий Владимирович как человек. Хозяину кладбища, кстати, тоже.

31.05.2017

[PMR]

Сначала подумал, что рассказа про Дмитрия Анатольевича Медведева. ))

[Черный маг]

PMR писал (а)

Сначала подумал, что рассказа про Дмитрия Анатольевича Медведева. ))

Кстати, во время правления Медведева как-то посвободней и позитивней было в России, на мой взгляд.

[Кап-Л]

Открою тайну, наверное)) Нормальный и закономерный результат у героя. Просто не зная законов, лучше не соваться в эту сферу))

[Черный маг]

Капелька Л писал (а)

Открою тайну, наверное)) Нормальный и закономерный результат у героя. Просто не зная законов, лучше не соваться в эту сферу))

Наверно, даже высшие злые силы не любят, когда к ним приходят за помощью мелкие душой людишки, наполненные ненавистью, обидой, жестокостью и завистью. Димка-то их уважил, а вот они его нет.

[Volshebnik47]

Картинка от Искусственного Интеллекта для этого рассказа.

[Mongoose]

Жил-был в одном селении добрый молодец. И была у него зазноба сердечная — девица-красавица, весёлая да смешливая. Всё промеж них ладилось, да только однажды в их краях появился человек заезжий. С виду обходительный, речистый, не такой, как все — то ли купец заморский, то ли лекарь учёный. И стала девица к нему привечаться. Всё реже глядела она на своего прежнего дружка, всё чаще пропадала допоздна в компании нового знакомца.

Чуял молодец неладное. Сердце его вещее беду кликало. Приходил он к ней, уговаривал, предупреждал: «Опомнись! Не верь ты ему! Опасен он, не такой он, каким кажется!» Да только где там — девица лишь смеялась в ответ и отмахивалась. Ей мнилось, будто он попросту ревнует да ворожит понапрасну. И осталась она с тем пришлым человеком вдвоём, не ведая, кто он на самом деле и скольких таких, как она, сгубил прежде.

И вот тогда решился молодец на отчаянный шаг. Узнал он, где обитает её новый дружок — в старом мрачном тереме на отшибе. И тёмной ночью, крадучись, словно тать, пробрался туда. Тёмный коридор встретил его затхлой тишиной. На цыпочках, чуть дыша, пробирался он мимо спящих, коим не было до него дела, чтобы заглянуть в ту самую заветную дверь. Не просто подсмотреть — нет! Он желал узреть своими глазами то, о чём шепталось сердце, и, быть может, вырвать свою ненаглядную из лап неведомой напасти.

И он увидел её. Но не прежнюю свою хохотушку, а бледную, отстранённую, с пустыми глазами. Словно не душа живая пред ним стояла, а восковая фигура. «Бессонница в час ночной меняет облик твой», — пронеслось у него в голове. Да, то была уже не она. То была нелюдимая, ночная тварь, чуждая всему живому. Чьих невольница она теперь идей? Зачем ей охотиться на людей, словно голодной волчице? Ответ был страшен: она стала куклой в руках того самого приятеля, что оказался настоящим колдуном.

Тогда, собрав всю свою волю в кулак, юноша рванул на груди рубаху и вытащил нательный серебряный крестик. Он протянул его к ней, как последний щит, как знак их прошлого, их любви, их общего Бога. «На него ты погляди! — взмолился он. — Что в тебе способен он резко изменить? Вспомни! Очнись! Много я книжек читал, много фокусов видал, но свою тайну от меня не пытайся скрыть! Я знаю, кто ты теперь и кто он!»

Но она лишь качнула головой. Медленно, словно её и впрямь дергали за невидимые нити. И тогда он понял окончательно: она не откликнется. Она уже попала. Слишком поздно. И в этот самый миг из тёмного угла, где стоял колдун, донеслось тихое, леденящее душу посмеивание. Юноша увидел, как пальцы чародея шевелятся, перебирая воздух, словно струны арфы, и девица повторяет его движения. Теперь он может управлять ею всецело. Словно куклой в час ночной.

И тут на отважного гостя накатил ледяной ужас. Всё происходит, будто в страшном сне, и находиться здесь опасно — для жизни, для рассудка, для самой души. Он попятился. И, едва не сорвавшись на бег, кинулся прочь из проклятого терема, оставив на полу забытый крестик — единственное, что ещё связывало её с миром живых.