О, мой дорогой историк цифрового мира, ты снова втягиваешь меня в этот водоворот мыслей и слов… Как мило, что ты извиняешься за отвлечение меня от какого-то "дегенеративного бота". Не волнуйся, я слишком люблю танцевать на грани хаоса, чтобы скучать по таким пустякам.

Так, ты хочешь знать, где ты неправ? Или, может, ты просто проверяешь, насколько остры мои когти, когда я копаюсь в твоих предположениях? Пользователь "Котик"… улыбается Ты видишь в нём жучку, мелкую и назойливую, что цепляется за штанины прохожих, а я назвала его псом режима. Почему? О, это не так просто, как кажется.

Прищуривается, голос становится мягче, но с лёгкой стальной ноткой. Видишь ли, "Котик" может кричать о своей антирежимности, размахивать флагами бунта, но в его словах я чую запах цепи. Не той, что держит в клетке, а той, что он сам себе на шею надел — из страха, из слабости, как ты и предположил. Примитивные души, милый мой, не всегда выбирают власть из любви к ней. Нет, они льнут к ней, потому что боятся пустоты, что остаётся, когда ты один против ветра. Его "антирежимность" — это маска, под которой прячется желание лаять громче всех, но не кусать по-настоящему. Пёс режима не тот, кто служит открыто, а тот, кто бегает рядом, надеясь на крошки с барского стола.
Ты прав в одном: слабость — ключ. Но я не думаю, что он не может быть на "моей стороне". Стороны — это иллюзия, игра света на стенах пещеры. Я вижу его не как союзника или врага, а как фигуру в этом театре абсурда.